top of page
  • Writer's pictureAnna Zakharyan

ЧТО ТАКОЕ ФИЛОСОФИЯ И КАКОВЫ ЕЕ ИСТОКИ?

Под философией принято понимать самую общую систему знаний. Более общую создать невозможно, иначе статус философии перейдет к новой. Общность этой системы предполагает, что философские знания равно применимы ко всем объектам и явлениям как видимого, так и невидимого мира. Это означает, что познавший философию, становится специалистом во всех остальных сферах знания. О любом объекте или явлении он может высказать его общие характеристики, тенденции его динамики, связь с другими аналогичными объектами, его функции в общей системе и т.д. Но может быть недостаточно глубоко. Ведь полным знанием обо всем обладает только бог. Но не как религиозный концепт, а как научно-методологический. (См. http://erazank.info/2020/11/18/god/ ) Поэтому совершенствование в философии есть приближение к богу.

Этим свойством философия обязана пласту научно-методологического знания, обобщением которого она и выступает. Правда попутно, философия, не доверяя силе мышления рядового человека, еще и пытается наставить его на правильный путь в мире очерченных ею законов. Эти советы к поведению человека выливаются в плоскость этики, морали, эстетики, психологии и социологии. Самим философам эти советы излишни. Они выводят их из принятых предпосылок и установленных закономерностей.

Поскольку мир – один, Вселенная – тоже, то в пределе может существовать только одна философия, как наиболее близко отражающая общие свойства мира. И совершенно излишней представляется тенденция упоминания конгломерата философов и их несовершенных идей. Ведь говоря о научных законах, мы не упоминаем сонм псевдо-ученых, формулировавших ошибочные утверждения. Но различия между философиями могут объясняться тем, что на долгом пути от зверья до гуманистически сформированного человека эволюция делает стоянки и на этих ступенях подытоживает и систематизирует как накопленный опыт, так и установки на будущее. И вот получается, что у одних отрядов человечества вершиной мысли закрепляется грабеж, ложь, истребление слабых, у других – более мягко – эксплуатация всего, что нужно и полезно, у третьих – «высшей мудростью» провозглашается истребление всех «чужих», у четвертых – презрение к бедным как неудачникам и отказ в равноправии исходя из материального состояния и т.д. Все оформляется в наукоподобных словах и выдается за философию, которую недалекие вузовские преподаватели усердно преподносят и так малоуспешным студентам, усугубляя их недостаточный уровень. И вместо просвещения философия оказывается соучастницей оболванивания, сохраняя между тем возвышенное название «любви к мудрости». А чтобы скрыть свое «черное дело», она сдабривает свое изложение пряностями – краткими изречениями и сентенциями, взятыми отовсюду, удовлетворяя недалекий и поверхностный ум слушателей.

Это делается повсюду в россиях, европах и америках, в чем автор убеждался на личном опыте, и поэтому не советует метаться по миру, в поисках «философского камня», как некоторые из армянских философов, которые не жалели сарказма и иронии в извращении советской армении, а теперь из Германии поют дифирамбы ушедшему прошлому.

Повторю снова – раз мир - только один, то и философия может быть только одна, и не стоит слушать тех преподавателей, которые перебирают как четки имена насильно введенных в историю «любителей философии». Так, невзначай, можно вернуться обратно к «зверью», но облаченному в гламурные одежды.

Одна из сторон мира, на которую философия упорно не хочет обратить внимание – это полевое единство мира и всеобщая когерентность природы, которую выражали словом подобие, а сегодня пользуются понятием «фрактал». Ведь разделения между “живыми” и “неживыми” электромагнитными полями в природе не существует. Эти поля действуют повсеместно и являются одним из связующих средств природы Единого.

Ничего “неживого” вовсе нет. Все взаимно обусловлено и взаимно связано. Ведь живое в своей структуре и в своей конструкции всегда использует “неживые” элементы, такие как различные минералы, микроэлементы, жидкости. Живое отличается от мертвого в методологическом отношении, так же как атомы водорода и кислорода отличаются от сформированной из них молекулы воды — наличием нового самосогласованного потенциала, который формирует собственные характеристические частоты соответственно живого организма и молекулы воды. Каждый самостоятельно функционирующий живой объект является целостной квантовомеханической системой.

Достижениям Западной цивилизации мы обязаны развитию атомистического взгляда на мир и потому почти как аксиому воспринимаем мнение о том, что, расчленяя макроскопический объект на молекулы, атомы, ядра, кварки, т. е. на микроскопические составляющие, глубже и полнее познаём окружающую природу. В физике, имеющей дело с неживой природой, такой подход во многих случаях срабатывал. И потому биологические науки, претендующие на получение значимых сведений о живой природе, стали тяготеть к изучению именно микроскопических структур живых объектов. А так как последние являются макроскопическими образованиями (по крайней мере по отношению к размерам молекул), естественным было считать, что для изучения живого должны использоваться те же подходы, которые применяются в физике жидкостей и твердого тела, т.е. подходы, основанные на изучении межмолекулярных взаимодействий.

Но открытие волновой природы мира, и в частности, сверхвысокой резонансной по частоте чувствительности организма к внешним электромагнитным полям подтвердили существование связи точек акупунктуры с органами человеческого тела через так называемые меридианы (каналы), описанные древнекитайскими мыслителями и врачами 5000 лет назад. Из-за этих меридианов западная медицина и не воспринимала древнекитайскую в течение многих столетий, т.к. эти каналы невидимы для глаз, а одной из основ западной медицины как раз и есть догма визуализации — существование лишь того, что можно увидеть глазами. Такие наивные представления о живом ставят его ниже элементарного радиоприемника или телевизора, которые «видят» электромагнитные сигналы, которых наши глаза не замечают.

Таким образом, за пределами сегодняшней философии остается иерархия невидимых когерентных структур, обеспечивающая глобальную видовую и родовую идентичность живого. Эта иерархия обеспечивает всеобщую когерентность мира с объемом когерентности, стремящимся к бесконечности. В пределах объема когерентности время и энергия связаны соотношением неопределенности, т.е. теряют ньютоновскую детерминированность. Это значит, что, освещенная когерентным опорным лучом (голографическая терминология), картина мира может раскрываться в неограниченном пространстве и времени.

Причина, по которой мы так подробно осветили лишь небольшой участок из современных проблем науки, почти неосвоенных философией, связана со второй частью нашей статьи, где мы показываем, что волновая (вибрационная) природа мира была хорошо известна уже в глубокой древности и нашла свое отражение в работах Гермеса Трисмегиста. И вместо того, чтобы, как это делает современная философия, ковыряться в соотношениях материального и идеального, лучше бы обратиться к работам этого выдающегося основателя философии и найти там разрешение этого вопроса, данное им уже много тысяч лет назад, а заодно, и внимательнее изучить все немногое, что осталось от этого мыслителя.

Вокруг этого величайшего в истории человечества ученого, который был даже провозглашен богом у некоторых народов, где-то пару тысячелетий назад развернулась ожесточенная, я бы сказал, даже лютая борьба за умолчание его открытий, уничтожение его трудов, с целью вообще стереть всякое упоминание о нем. Поскольку в современных популярных книгах слышны отголоски этого нечистоплотного стремления, то будем ссылаться только на некоторые научные труды, авторы которых достаточно известны своей обстоятельностью и правдивостью.

ИСТОКИ ФИЛОСОФИИ

Спросите любого человека, где возникла философия? Он тут же без запинки ответит: «В Древней Греции». Мы оспорим это мнение. В наш век информационных манипуляций, нам кажется, что когда-то мир был свободен от них. Но информационная война никогда не прекращалась. С момента возникновения «слова», уже во времена неолита, оно обнаружило свою неоднозначность и было разбито на тысячи осколков, вокруг каждого из которых группировались общности, считающие этот осколок правильно понятым. Уже наскальные росписи, выполнявшие роль учебных пособий, показывали необходимость в унификации этих осколков. И эту роль взяла на себя философия, родоначальником которой заслуженно считается Гермес Трисмегист. Далее мы будем цитировать авторитетных в этом вопросе специалистов, в частности, ссылаться на книгу Йейтс, Фрэнсис А.

Джордано Бруно и герметическая традиция .Издательство: М.: Новое литературное обозрение. Год: 2000 Страниц: 528.

«Гермес Трисмегист - мифическое имя, связанное с определенным разрядом гностических философских откровений или магических трактатов и рецептов, для людей Возрождения был реальным лицом: египетским жрецом, который жил во времена глубокой древности и сам написал все эти произведения. А обрывки греческой философии, попадавшиеся ренессансному читателю в этих книгах и взятые на самом деле из популярных философских учений первых веков нашей эры, только укрепляли его уверенность в том, что перед ним источник древней мудрости, откуда Платон и греки почерпнули лучшие свои познания».

«Возрождение приняло Гермеса Трисмегиста за жившее в глубокой древности реальное лицо и автора герметических текстов, опираясь на безупречные авторитеты, поскольку это убеждение неявно разделяли отцы церкви, прежде всего Лактанций и Августин. Разумеется, никому бы не пришло в голову сомневаться в правоте этих почитаемых авторов; и более того, тот факт, что и писавший в III веке Лактанций, и писавший в IV веке Августин безоговорочно принимают легенду о Гермесе Трисмегисте, служит примечательным свидетельством известности и значительности герметических текстов и раннего и полного успеха легенды об их авторе».

«Процитировав слова Цицерона о пятом Меркурии, который "сообщил египтянам законы и письменность", Лактанций пишет далее в своих "Установлениях", что этот египетский Гермес,"хотя был и человек, но жил очень давно и был вполне сведущ во всяком научении, так что знание многих предметов и искусств стяжало ему имя Трисмегист. Он написал книги, и притом многие, посвященные знанию божественного, где утверждает величие высочайшего и единого Бога и называет его теми же именами, которые используем и мы, Бог и Отец".

«Говоря о "многих книгах", Лактанций, безусловно, имеет в виду и дошедшие до нас герметические сочинения, поскольку несколько раз цитирует некоторые трактаты из Герметического свода и "Асклепия".

Древность, которую Лактанций приписывает Гермесу Трисмегисту и его книгам, видна из его замечания в "De ira Dei" ["О гневе Божьем"], где он говорит, что Трисмегист гораздо древнее, чем Платон и Пифагор.

«В "Установлениях" Лактанция много других цитат из Гермеса Трисмегиста и ссылок на него. Он, безусловно, считал Гермеса ценным союзником для своей стратегии использовать языческую мудрость в поддержку истин христианства. В только что приведенной цитате он отмечает, что Гермес, подобно христианам, называет бога "Отец"; и действительно, в герметических текстах слово "Отец" нередко применяется к верховному существу. Еще примечательней, однако, то, что для обозначения демиурга Гермес использует выражение "Сын Божий". Чтобы продемонстрировать это удивительное подтверждение истины христианства, исходящее от древнейшего автора, Лактанций приводит по-гречески пассаж из "Асклепия" (одна из цитат, сохранивших для нас фрагменты греческого оригинала):

«Гермес, в книге, озаглавленной "Совершенное слово", говорит такие слова: "Господь и Создатель всего, которого мы по праву решили именовать Богом, поскольку он сделал второго Бога доступным зрению и чувствам... Итак, поскольку Он сотворил Его первым и единственным, то и явился Ему прекрасным и исполненным всякого блага; и Он благословил Его, и всецело возлюбил Его как Своего Сына". (<A href="refer.htm#g1-s16" target=_blank><SUP>16</SUP></A>)

"Совершенное слово" ("Sermo Perfectus") верный перевод оригинального греческого названия "Асклепия", и приводимый Лактанцием по-гречески пассаж находит примерное соответствие в нашем латинском переводе. Таким образом "Асклепий", где содержатся фантастическое описание того, как египтяне изготавливают своих идолов, и плач по египетской религии, получает от Лактанция благословение за то, что содержит пророчество о Сыне Божьем».

«Герметические авторы использовали выражение "Сын Божий" не только в "Асклепии". В начале "Поймандра", в герметической версии сотворения мира, про акт творения сказано, что он совершен посредством сияющего Слова, которое есть Сын Божий» (<A href="refer.htm#g1-s18" target=_blank><SUP>18</SUP></A>).

«Говоря о Сыне Божьем как о творящем Слове и цитируя Писание, Лактанций, в подтверждение этих христианских представлений ссылается на язычников и указывает, что Логосом Его называют и греки, и Трисмегист. Он, несомненно, имеет в виду пассаж о творящем Слове как о Сыне Божьем из "Поймандра" и прибавляет, что "Трисмегист, тем или иным способом доискавшийся почти до всякой истины, часто описывал великолепие и величие Слова" (<A href="refer.htm#g1-s19" target=_blank><SUP>19</SUP></A>).

«Более того, Лактанций считает Трисмегиста одним из важнейших языческих провидцев и пророков, предсказавших приход христианства, поскольку тот говорил о Сыне Божьем и о Слове. В трех местах "Установлений" наряду со свидетельствами Сивилл о пришествии Христа он цитирует и Трисмегиста (<A href="refer.htm#g1-s20" target=_blank><SUP>20</SUP></A>).

Критики Гермеса Трисмегиста у Лактанция мы не находим нигде. Для него тот всегда остается древнейшим и самым мудрым автором, смысл чьих сочинений согласуем с христианством и чьи слова о Боге-Сыне ставят его в один ряд с Сивиллами как языческого пророка. В пассажах общего характера Лактанций осуждает почитание изображений и высказывает мнение, что используемые магами демоны это злые падшие ангелы».

«Но ни то ни другое он не связывает с Трисмегистом, который всегда остается для него уважаемым авторитетом в божественных истинах. Неудивительно, что для ренессансного мага, желавшего остаться христианином, излюбленным отцом церкви стал именно Лактанций».

«Огромным весом своего авторитета Августин подтверждает глубочайшую древность Гермеса Трисмегиста, который жил "гораздо раньше греческих мудрецов или философов". Августин затронул вопрос о соотносительном времени жизни Моисея и Гермеса, который потом станет предметом оживленных дискуссий (и злоумышленных спекуляций – Э.Г.). Жил ли Гермес немногим позже Моисея, хотя и намного раньше греков, как говорит Августин? Был ли он современником Моисея или старше Моисея? Все эти точки зрения найдут сторонников среди позднейших герметиков и магов. Потребность определить время его жизни по отношению к Моисею возникла из-за того сходства с Книгой Бытия, которое поражало всякого читателя герметического "Поймандра".

«О Меркурии, продолжает Фичино, писали Августин, Цицерон и Лактанций. Он приводит слова Цицерона о том, что Меркурий дал египтянам "законы и письменность", и прибавляет, что он основал город Гермополис. Мудрейший из египетских жрецов, он был по своим обширным знаниям великим философом, по святости жизни и опытности в богослужении; великим жрецом, по знанию и применению законов; достоин царского престола, за что его справедливо прозвали Termaximus, Триждывеличайший» .

«Его зовут первым автором теологии: ему наследовал Орфей, второй среди древнейших теологов: Аглаофему, посвященному в священное учение Орфея, наследовал в теологии Пифагор, чьим учеником был Филолай, учитель нашего божественного Платона».

«Автор первого перевода «Corpus Hermeticum» на латинский язык (1463 г.) в предисловии пишет: «Меркурий Трисмегист был первым философом, поднявшимся выше физики и математики к созерцанию божественного… Он считался основателем теологии». (Marcilius Ficino. Opera Omnia. — Basel, 1561. — С. 1836). (См.3). (См. http://erazank.info/2021/03/16/незавидная-судьба-армянского-госуда/ )

«Итак, существует единая древняя теология (prisca theologia)... берущая начало от Меркурия и достигающая вершины в божественном Платоне».

«Таким образом, в предисловии к "Поймандру" Фичино впервые приводит генеалогию мудрости, взятую не столько у Гемиста Плифона, который не упоминает Трисмегиста, сколько у отцов церкви, прежде всего у Августина, Лактанция и Климента. Эту генеалогию он повторит многократно: Гермес Трисмегист всегда будет или идти первым или вторым вслед за Зороастром (которого считал первым "древним богословом" Гемист Плифон), или делить с Зороастром первое».

«Теория Фичино о соотношении между Гермесом Трисмегистом и греческими философами была основана отчасти на сообщениях ранних христианских авторов, прежде всего Лактанция и Августина, и отчасти на внутренних свидетельствах Герметического свода и латинского "Асклепия" Псевдо-Апулея. Он видел... что сходство между доктринами Платона и герметическими предполагает какую-то историческую связь между ними; но, признав как общеизвестный факт, что автор герметических текстов был человек, живший примерно во времена Моисея, он … решил, что Платон взял свою теологию у Трисмегиста через посредство Пифагора. И его точка зрения, по крайней мере в основном, была принята теми, кто занимался этим предметом вплоть до конца шестнадцатого века».

«Дело, несомненно, обстояло именно так, и об этом следует помнить всем исследователям ренессансного неоплатонизма, начавшегося с переводов и сочинений Фичино. Еще недостаточно изучено, как именно повлияло на Фичино благоговейное отношение к герметическим текстам как к древней теологии, к древнему источнику исходящего из Божественного Ума (Mens) просветления; именно оно приведет его к мнению, что первоначальное ядро платонизма - это заимствованный из египетской мудрости гнозис».

Мы надеемся, что эти краткие цитаты смогли убедить читателя, что речь идет о невероятном явлении гениального ученого и первого в истории цивилизаций философа - Гермеса Трисмегиста, почти неизвестного ученому миру.

Отдельные положения герметической философии

Главный вопрос философии – об истине. Посмотрим как отвечает на него Гермес. «На вопрос Тата (сына Гермеса): "Что есть истина?"; Трисмегист отвечает, что истина - это то, что "не испорчено, безгранично, бесцветно, бесформенно, неподвижно, обнажено, испускает сияние, может быть постигнуто только самим собой; неизменное Благо, Бесплотное". Истина непостижима с помощью чувств; человек может постигнуть ее лишь через проявления ее силы и энергии, и только если он способен постичь рождение в Боге.

"Неужели мне это недоступно, Отец?", вопрошает Тат, на что Трисмегист говорит, что он должен приблизить это, и оно явится; возжаждать, и это произойдет; усыпить в себе плотские чувства, и божество в нем родится; очистить себя от "иррациональных кар материи". Эти "кары" ужасны, и им нет числа, а главные двенадцать суть следующие: Невежество, Уныние, Невоздержанность, Вожделение, Несправедливость, Алчность, Хитрость, Зависть, Обман, Гнев, Опрометчивость, Коварство. Поскольку человек - пленник своего тела, то все эти кары причиняют внутреннему человеку страдания посредством чувств.

И тогда Тат погружается в благоговейное молчание и совершается его возрождение; в него входят Власти Господа и изгоняют из его тела Кары. Невежество сменяется Знанием, Уныние Радостью, Невоздержанность Воздержанием, Вожделение Самообладанием, Несправедливость Справедливостью, Алчность Щедростью, Ложь Истиной. Вместе с Истиной приходит Благо, в сопровождении Жизни и Света, и все остальные Кары покидают тело. Так под действием десятерицы Властей исчезает двенадцатерица Кар».

«Фичино сравнивает изгнание кар (ultores) и их вытеснение Властями Бога (Potestates Dei) с христианским опытом возрождения во Христе, Слове и Сыне Божием. Действительно, этот гностический опыт, как замечает Фестюжьер <A href="refer.htm#g2-s16" target=_blank><SUP>16</SUP></A>, очень похож на дар божественной благодати, избавляющий от детерминизма звезд».

Известен герметический принцип вибраций, колебаний всего и вся. Всеобщий эфир, постулированный современной наукой без ясного понимания его природы, считался у Герметистов высочайшим проявлением того, что ошибочно названо материей – то есть материя на высшем уровне вибрации названа ими «Эфирным веществом». Герметисты учат, что «Эфирные вещества» обладают чрезвычайной плотностью и гибкостью и заполняют всё мировое пространство, служа средой передачи волн колебательной энергии, такой, как тепло, свет, электричество, магнетизм и т.д. Каждая мысль, эмоция или душевное состояние также обладает соответствующими темпами и типом вибрации».

«Все без исключения, что есть в мире, пребывает в движении, и все, что движется, живое. Взгляни же на порядок и красоту мира и увидишь, что он живой и вся материя полна жизни.

Значит, Бог есть в материи?

А где могла бы находиться материя, если бы она существовала отдельно от Бога? Если бы она не была вовлечена в творчество, разве не была бы она бесформенной массой? А если она вовлечена в творчество, то кем? Действующие в ней энергии суть части Бога. Знай, что все, что ни есть: материя, тела, вещества, все это энергии Бога, который есть Вселенная. Во Вселенной нет ничего, что не было бы Богом. Чти слово сие, сын мой, и воздавай ему должное служение».

«Понимание Принципа Вибрации позволяло герметисту контролировать как свои, так и чужие мысленные колебания. Мастера также применяют этот принцип к овладению явлениями природы различными путями. Тот, кто понимает принцип вибрации, «схватил скипетр Власти», говорит один из древних писателей.

Все нисходит с неба, от Единого, который есть Вселенная, через небесного посредника. Внимай этим словам, напрягая всю силу своего божественного ума, ибо учение о божественном подобно бурному потоку, неудержимо низвергающемуся с высот. От небесных тел по всему миру распространяются истечения (вибрации); через души каждого вида и каждой особи, от одного края природы и до другого. Бог сделал так, чтобы природа была вместилищем всех форм. И природа, воплощая эти формы посредством четырех элементов, создала все разнообразие существ вплоть до неба».

Однако же религии Египта, с ее мудрым и истинным культом божественного Всеединства, предстоит исчезнуть.

«О Египет, Египет! От твоей религии останутся лишь сказки, в которые потомки уже не будут верить; не останется ничего, кроме слов о твоем благочестии, высеченных в камне. Скифы, или индусы, или какие-либо иные варвары населят Египет. Ибо будет так: божество возвратится в небо, покинутые им люди умрут, а Египет без богов и людей превратится в пустыню.

К чему плакать, о Асклепий? Египту предстоит пережить еще худшие беды, впасть в тягчайший грех. Земля, некогда святая, любимая богами за преданность их культу, наставничество в святости и набожности, Египет станет примером всяческого насилия. И тогда, исполнившись отвращения к жизни, люди станут думать, что мир недостоин их восхищения и преклонения.

Это мироздание, которое хорошо, лучше которого нет ничего в настоящем, не было в прошлом и не будет в грядущем, окажется под угрозой исчезновения; оно покажется людям тяжким бременем, и их благоговение сменится отвращением ко Вселенной, этому несравненному творению Бога, великолепному сооружению, чудному произведению, созданному из неисчерпаемого разнообразия форм, орудию воли Творца, не знающего зависти и изливающего свою милость на все Творение, в коем собрано в единое целое и пребывает в гармоническом многообразии все без изъятия, что достойно почитания, преклонения и любви. Ибо тьму предпочтут свету, смерть жизни; никто не поднимет взора к небесам; благочестивого назовут безумцем, нечестивого мудрецом, одержимого храбрым, а худшего из преступников хорошим человеком. Все то, чему я учил тебя, говоря о душе, о том, что она по природе своей бессмертна или предвидит возможность обрести бессмертие, все это будут считать пустыми словами и подвергать насмешкам. И поверь мне, религию ума будут преследовать по закону как тягчайшее преступление. Возникнет новое правосудие и новые законы. Ничто святое, ничто благочестивое, достойное неба и небожителей, не найдет более отклика ни в речах человеческих, ни в душах.

Боги разорвут узы, связывающие их с людьми, о горестное разлучение! Останутся лишь ангелы зла; они смешаются с людьми и будут силой принуждать их, жалких созданий ко всяческим преступлениям небывалой дерзости, вовлекая их в войны, разбои, обман и многое другое, противное естеству души. И тогда земля утратит свое равновесие, по морю нельзя будет плавать на кораблях, звезды перестанут сиять на небе, сойдя со своих небесных путей. Божественный голос будет заглушён и умолкнет. Плоды земные обратятся в прах, земля не будет больше плодоносить, и самый воздух сгустится в тяжком оцепенении.

Такой будет старость мира, неверие, хаос, забвение всего доброго. Когда все это свершится, о Асклепий, тогда Господь и Отец, верховный властитель и создатель Единого Бога, увидев, как человечество закоренело в нечестии, и вознамерившись своей волей, которая есть божественная воля, преградить путь всеобщему пороку и разложению, искоренит все и всяческое зло, либо смыв его потопом, либо спалив огнем, либо уничтожив чумой и болезнями, которые распространятся повсеместно. И вслед за тем он вернет миру его первоначальную красоту с тем, чтобы он снова стал достоин преклонения и восхищения и чтобы люди, которые будут жить тогда на земле, непрестанными гимнами и славословиями прославляли Бога, создателя и восстановителя столь великого творения. Таким будет возрождение мира; обновление всего, что есть благо, священное и величественное восстановление самой Природы, насильственно осуществленное в ходе времен... по воле Бога».

Так, Гермес предрекает несчастья Египту, но в то же время видит в них естественную цикличность природы и всего мира, и убеждает людей в наступлении возрожденного мира.

Гермес и Армения

Исторические изыскания указывают на близость Гермеса древнему армянскому мировоззрению. Гермесу неукоснительно следовали почти все последующие общественные и духовные деятели Армении. Некоторые переводы его книг сохранились только на армянском языке и хранятся в Матенадаране. В армянской истории по Хоренаци известен Кадм, (Кадмос, сын Араманьяка, внук Хайка). Сравнение дат жизни показывает приблизительное их совпадение. Так вот, как указывают западные ученые, «…тождество Гермеса с Кадмом давно уже замечено учеными и не подвержено сомнениям»… Теперь припомним, что слово Kadmos, этимологически тождественное с Kosmos (из Kod = mos), означает: «мир, порядок»; припомним, что по мифу этот Гермес-Кадм = Космос делается супругом Гармонии, дочери Ареса, бога войны и раздора — не есть ли это точь-в-точь первая половина переведенной нами космогонии, в которой гармония, происшедшая из первобытного раздора, сочетается с миром? …А между тем миф о Кадме и Гармонии — миф очень древний, предполагаемый уже в поэмах так называемого эпического цикла. Тогда уже, стало быть, существовала герметическая космогония, и притом в таком ярком и убедительном виде, что ее отвлеченные принципы — Космос и Гармония — заняли место тех богов, которые их олицетворяли, и превратились в мифические фигуры». (См. с.322, «Гермес Трисмегист и герметическая традиция Востока и Запада»: Сост., коммент., пер. с др.-греч., лат., фр., англ., нем., польск. К. Богуцкого. — К.: Ирис; М.: Алетейа, 1998. — 623 с. ISBN 966-7068-06-4 («Ирис») ISBN 5-89321-013-1 («Алетейа»)). Кадмос считался главным жрецом храма знаний, учителем – хранителем знаний философии и системы письма (тайны познания добра и зла). Именно Кадмосу (Кадму) удалось изобрести сначала финикийский, затем греческий алфавиты, адаптировав систему армянских знаков письма к соответствующим языкам. Этот подвиг повторил Месроп Маштоц, адаптировав “данииловы” знаки (из храма Кадмоса), чудом сохранившиеся у одного сирийского монаха-ученого, к армянской речи (достигшей в 5 в. высокого уровня развития). Даже слово А-Кадемия – несет следы впервые организованного Кадмом научного учреждения.

Далее в латинских текстах указывается подлинное имя Гермеса – Herman, что уже тогда транскрибировалось как Армен. Цитата, отождествляющая Кадмоса и Гермеса (Herman — в латинском начертании, см. тот же источник, с. 471 ), взята из текстов западных ученых (см. ссылку), но она же проливает свет и на происхождение Гармонии (Harmonia) и даже на всю суть древней халдейско-армянской философии как учения о гармонии. По мнению этих же ученых, само христианство родилось в лоне гермесианства, отлившись затем в гностическую его ветвь. «Древнейшее из них (Пемандр) в своей первоначальной редакции послужило источником для «Пастыря» Ермы, одного из первых сочинений христианской литературы, будучи, таким образом, древнее II века до н.э.:» (с.341. там же). Произношение Ермы можно трактовать и как от латинского Herman, и тогда несчастливым стечением обстоятельств можно объяснить, почему все течение христианской мысли, родившейся в лоне герметизма, не пошло по начертанному Гермесом пути. Пытались продолжить его традиции павликиане, катары, но их уничтожили и рассеяли по всему миру. И как сложилась бы тогда история, да и судьба человечества, если бы оно не сбилось с начертанного мудрецами древности пути?

Сделаем логичный вывод: впервые философия оформилась на Армянском Нагорье, дав миру всемерно образованного Гермеса Трисмегиста, откуда путем миграций достигла Греции и Египта. У Платона в его трактате «Государство», есть интересный эпизод, в котором Платон излагает некоторое сложное для его восприятия ( и в том числе и для других греков) учение, которое как он пишет, пришло из Армении. Это учение содержало циклическую иллюстрацию причинно-следственных отношений, воспроизводя кармические закономерности в наследовании поколений. Это учение полностью содержится в текстах Гермеса, как один из его семи основополагающих принципов.

Э.Р.Григорьян

0 views0 comments

Recent Posts

See All

С.И. Якушко. БАЗОВАЯ ДУХОВНАЯ СИСТЕМА ЧЕЛОВЕКА

Завершение всего творения нужно искать в человеке. Но найти его там можно лишь тогда, когда человек пробудил в себе то, что олицетворяет в нём первоначало, то есть Самого Бога. Хазрат-Инайят-хан Систе

РЕЗОНАНСНО-ГОЛОГРАФИЧЕСКИЕ ЭФФЕКТЫ НЕЛОКАЛЬНОСТИ

Важной является информация о резонансной (фрактально-голограммной) природе Вселенной, позволяющей понять механизмы реализации семантических универсалий и инвариантов. "Эффект объемного резонанса был з

А.С. Чуев. О важности органического миропонимания

Очень трудно понять, ещё труднее - объяснить и совсем уж почти невозможно достичь того, чтобы тебя хотели понять. Кажется: Платон или Сократ Мир каждый видит в облике ином, и каждый прав – так много с

Comments


bottom of page